Дмитрий Хворостовский. Оперный певец. Баритон Дмитрий Хворостовский. Неофициальный сайт Дмитрий Хворостовский. Музыка. MP3. Видео. Дмитрий Хворостовский. Оперный певец. Баритон
Статьи

Америку сразил… Пушкин!

дата публикации: 12-02-2007


теги: метрополитен-опера   онегин    

"Русские" в зале Метрополитен-оперы давно уже стали обычным явлением. Но такого нашествия наших, как на первом спектакле "Евгения Онегина" не припомню. Все билеты на все оставшиеся спектакли "Онегина" проданы, и я не сомневаюсь, что русская речь будет слышна не только на сцене. Замечу лишь, что в нынешнем сезоне это первая опера, на все представления которой билеты были проданы уже за два месяца. Многое возбудило интерес к этому спектаклю.

Для русскоязычных жителей и гостей Америки (подчеркиваю - Америки, потому что на спектакль специально приехали и еще приедут зрители из других городов) это Дмитрий Хворостовский в роли Онегина, Валерий Гергиев за дирижерским пультом (и Хворостовсий, и Гергиев в Мет с этой оперой еще не появлялись) и любимая партитура Чайковского. Для американского зрителя к этому прибавлялась возможность услышать в партии Татьяны свою любимицу Рене Флеминг (многие пришли именно ради нее), а в роли Ленского - Рамона Варгаса.

Это был незабываемый спектакль, и как бы ни отнеслись к постановке Роберта Карсена и декорациям Майкла Левина любители березок, крылечек и прочего натурализма (мне постановка нравится, о чем я писала еще после премьеры, состоявшейся 10 лет назад), никого не оставили равнодушным теплое, певучее, наполненное жизнью, и болью, и страстью звучание оркестра, ведомого Гергиевым, и удивительный по искренности и убедительности - по совершенству! - Онегин Хворостовского. Антонио Томмазини в "Нью Йорк таймс" написал, что Хворостовский рожден для роли Онегина. Клайв Барнс в "Нью Йорк пост" просто назвал певца великим баритоном, а его Онегина - изумительным. Русское ухо и глаз, однако, много требовательней - скольких уж Онегиных видали и слыхали! Такого - не было.

Впервые на моей памяти спектакль можно было с полным правом назвать "Евгений Онегин" - именно Онегин был в нем самым интересным, самым сложным, самым совершенно воплощенным героем, и именно его драма задевала и волновала больше всего.

Хворостовский поет Онегина с небывалой свободой, он играет интонацией, он чувствует каждое слово, как только человек с русской литературой в крови может его чувствовать, и доносит смысл слова и фразы с той искренностью, с какой это может сделать большой, настоящий актер. Достаточно вспомнить лишь сцену на балу у Лариных и то, как шаг за шагом, с массой эмоциональных оттенков, но нигде не нарушая правды образа, проводит нас артист через все повороты и перемены во внутреннем состоянии Онегина: от раздражения провинциальными сплетнями, теснотой, неловкостью перед Татьяной - к дуэли, которой не хочет. Но тут же на память приходит и сама сцена дуэли, и постепенное перерождение (не знаю, что точнее - размораживание, оживание?) Онегина на протяжении сцены петербургского бала... Справедливости ради скажу, что в режиссуре Карсена, начиная со вступления, где луч света выхватывает из легкой дымки одинокую мужскую фигуру в кресле, уже заложены зерна такой, скорее Пушкина, нежели Чайковского, интерпретации, и все же именно Хворостовский сделал так, что этот Онегин оказался самым близким из всех мною виденных и слышанных к Онегину пушкинскому. И это сделало значительней и весь спектакль, и драму Татьяны.

Впрочем, Рене Флеминг при всем своем старании и очаровании настоящей Татьяной не стала (пока?). Дело не только в том, что, даже зная текст ее роли наизусть, в целых пассажах невозможно было разобрать ни слова. Дело в том, что вокально (как бы ни помогал ей Гергиев, тактично убирая звук оркестра, виртуозно манипулируя темпами, дабы не мешать ее фразировке) певица была убедительна примерно в пятидесяти процентах своей партии - там, где голос певицы располагался в удобном для нее центральном и высоком регистре. А потому рядом с совершенно божественными по красоте и проникновенности эпизодами, такими как "Кто ты, мой ангел ли хранитель..." в сцене письма или большой частью заключительно го дуэта, соседствовали эпизоды, просто раздражавшие своей ненатуральностью и полным непониманием того, о чем поется. А вот Рамон Варгас оказался отличным Ленским, порывистым, искренним - и в пластике, и в интонации (его бельканто оказалось как нельзя кстати, и русский был вполне приличен). Елена Заремба в партии Ольги, Сергей Алексашкин - Гремин, Светлана Волкова - Ларина, Лариса Шевченко в роли Филипьевны - все были вокально уверенны и сценически органичны в своих ролях. Превосходно (включая дикцию!) звучал хор.

Остается добавить, что "русским тренером" в этом спектакле была Елена Курдина и что 24 февраля этот спектакль можно будет услышать в радиотрансляции по всему миру, а также увидеть в нескольких кинотеатрах по всей Америке и в некоторых странах Европы.

 

Автор: "Новое русское слово" (Америка)

Подробности - на сайте www.metopera.org Майя Прицкер, "НРС" (Америка).




Из мира музыки

Интерактивный глобус
Галерея
Для Firefox, Chrome

Ссылки


 
новости, афиша | биография | музыка | видео | публикации | фото | форум | тексты, ноты

Администрация сайта admin@hvorostovsky.su
Техническая поддержка support@hvorostovsky.su

Разработка и дизайн © Alrau@list.ru 2004-2010
В оформлении сайта использованы фотографии Павла Антонова

Rambler's Top100 Яндекс цитирования